Несколько долгих минут Айнхайт не двигался, оставаясь в том же положении и просто продолжая смотреть в умиротворенное лицо "пастора". Даже несмотря на то, что Рейнер предвидел такой исход, эта неудача оставила в его душе горький осадок. Он всегда испытывал некоторое сожаление в отношении преждевременных смертей, особенно если сам становился их причиной, но тут все было куда сложнее. Сейчас мужчине не хотелось думать о своем коротком знакомстве с Сальверио Маджорри - окружающая обстановка этому не способствовала, да и к тому же изрядно мешали восторженные вопли нечисти, раскатами грома отдающиеся у него в голове. Чувствуя необходимость поскорее оказаться на свежем воздухе, Айнхайт резко встал и, собрав свои немногочисленные вещи, пошел к выходу, даже не удосужившись оглянуться на тело Маджорри и еще нескольких мертвых сектантов.
- Я закончил, можете приступать к осмотру тел и уборке. - бросил мужчина двум дежурившим у входа полицейским, прежде чем выйти из здания театра. Подальше от излишнего внимания живых и еще более раздражающего многоголосья пировавших демонов.

- Никакой полезной информации, которая облегчила бы вашу работу над этим делом. - устало отозвался Энгельгардт, надеясь такой формулировкой ответа пресечь дальнейшие расспросы со стороны следователя. - Маджорри не раскололся и не сказал ничего, что могло бы сойти за зацепку. При желании позднее вы сможете ознакомиться с моим отчетом, но, повторюсь, вам это практически ничего нового не даст.
Пронизывающий ветер действовал отрезвляюще, но не мог усмирить демонического бунта, каким-то образом находившего отражение в сознании Айнхайта. Для того, чтобы заглушить голоса, нужно было удалиться как можно дальше от места их возникновения. Или притупить свое восприятие искусственным путем, что в нынешних обстоятельствах было неприемлемой альтернативой - у Рейнера не было никакого желания вследствие действия лекарств до конца дня ходить в полуотрешенном состоянии.
- Полагаю, с остальным вы справитесь и без моего участия. Если это возможно, я бы предпочел незамедлительно вернуться к другим своим делам. - Мужчина сдержанно улыбнулся собеседнику, давая понять, что не намерен обсуждать случившееся в театре, по крайней мере сейчас.

Не испытывая ни малейшего желания оставаться вблизи новоиспеченной проклятой достопримечательности Мехико-сити, Айнхайт поспешил сесть за руль своего автомобиля и уже через пару минут резво выезжал на дорогу, ведущую к центру города. Вздохнуть полной грудью он смог только когда с театром его стало разделять несколько миль. Теперь, вновь вернув себе четкое восприятие реальности, он почти избавился от чувства изнеможения и мог нормально думать.
Мужчина свернул с шоссе к встретившейся на пути придорожной кофейне и, приняв от улыбчивой девушки-кассира дымящийся стаканчик с эспрессо, припарковал машину на стоянке. Неспешно отпивая горячий кофе, Советник повторно анализировал весь ход операции, нащупывая слабые места в действиях своих союзников и оппонентов. По всей видимости выходило, что первичная ошибка заключалась уже в том, что ФБР приняло решение сразу прижать группу Маджорри вместо того, чтобы прибегнуть к окольным путям... Вследствие чего почти наверняка был упущен последний шанс выйти на след секты до того, как она начнет активно разворачивать свою деятельность. Можно было предположить, что проведя этот рейд их организация благополучно подорвала себя еще на окраине минного поля.
Остается надеяться, что либо я кардинально заблуждаюсь и наше положение совсем не так плачевно, каким оно мне представляется, либо нам в скором времени еще подвернется случай сгладить этот провал...
Айнхайт бегло взглянул на часы и залпом допил остатки кофе. Этим утром Самеди передал ему, что они с Леоном будут заняты тестированием медиумов-новичков, которые потом должны были стать частью их отряда. У самого Рейнера на повестке дня ничего столь же важного не было, так что у него оставалась некоторая свобода выбора дальнейших действий.
По крайней мере, до тех пор, пока мне не начнут названивать на телефон с требованиями незамедлительно взяться за какое-нибудь новое дело.
Мужчина снова выехал на трассу и продолжил движение к центру города, решив, что для начала не помешает заехать в нынешний штаб "Стигматов" и уже там определиться с делами на остаток дня.

Беглый осмотр стоянки показал, что все хоть сколько-нибудь важные для него люди пока были в отлучке, потому Рейнеру предстояло сомнительное удовольствие провести какое-то время в обществе одного лишь обслуживающего персонала. Не слишком комфортные условия для отдыха или серьезной работы.
Но вполне приемлемые для подготовки отчета, принимая во внимание малый объем и сомнительную ценность полученных мною сведений.
Агент мрачно усмехнулся и вошел в здание штаба, кивком головы приветствуя попадавшихся ему по дороге людей. Оставив уличную одежду в прихожей, Капитульер поднялся на второй этаж и сразу направился в отведенную для него комнату. Совмещенный со спальней рабочий кабинет приветствовал его уютным сумраком и столь необходимой сейчас тишиной. Согласно его предпочтениям, комната находилась в наименее освещаемой части здания и отличалась на неплохой звукоизоляцией. Немногочисленная мебель была расставлена вплотную к стенам, оставляя свободное пространство в центре помещения. У дальней стены стояли два стола. Один из них - письменный, на котором уже лежал готовый к работе ноутбук, а по обе стороны от него были расставлены и разложены папки с документами. Второй представлял собой переносную складную лабораторию с приличным количеством ящиков и отделений для различного инвентаря.
Войдя в кабинет Айнхайт сразу сел за письменный стол и приступил к работе.
Включить настольную лампу. Пустить загрузку ноутбука. В то время, пока он загружается, пролистать личные дела предполагаемых сектантов и отложить в сторону документы на тех из них, кто погиб в результате проведения сегодняшней операции. Сделать ксерокопии профайловых страниц. Убрать оригиналы на их положенное место, а копии в отдельную черную папку без каких-либо меток и ярлыков.
С ритуальной четкостью проведя всю эту процедуру мужчина обратил свое внимание к компьютеру. Войдя в систему и открыв специальную программу, которой сотрудники третьего отдела пользовались для набора и отправки документов, он приступил к написанию отчета по сегодняшнему делу.

По прошествии получаса Энгельгардт откинулся на спинку стула и прочел финальную версию отчета. Целостность и слаженность текста, детально описывающего ход выполнения операции, не давали явного повода подозревать медиума в фальсификации или утаивании информации, хотя Айнхайт знал наверняка, что особо рьяные патриоты организации снова будут пытаться подорвать его и без того шаткую репутацию. В какой-то степени эти люди были правы, потому что в некоторых случаях он действительно не разглашал часть известной ему информации. Но по сути эти нечастые выходки были куда безобиднее даже тех же приукрашенных докладов, которыми грешили многие другие агенты.
Вот и на этот раз мужчина предпочел не включать в отчет последние слова Сальверио Маджорри, ограничившись лишь описанием его поведения при допросе в Аду. Этого было достаточно, чтобы всерьез насторожить работающих над делом людей и подтолкнуть их к более тщательному выполнению работы, а вот прямая отсылка на слова пастора вполне могла вызвать ненужный переполох и, как следствие, новую череду ошибочных действий.
Предварительно сделав распечатку документа, Айнхайт отослал файл, после чего принялся изучать дела на Куаре и Ардена. Это не было прямой обязанностью их отряда, но все-таки не стоило исключать вероятность того, что им придется выведывать информацию у этих людей.
Оба мужчины были достаточно молоды и на первый взгляд вели слишком публичный образ жизни, так что медиум сомневался, что в секте они могли обладать большим влиянием. А принимая во внимание тот факт, что остальные сектанты из группы Маджорри оказались совершенно неподготовленными к налету, Арден и Куаре также могли быть всего лишь пешками, не располагающими никакими ценными сведениями.

Отсутствие каких-либо наводок вполне могло поставить следствие в тупик еще на несколько недель, и Айнхайт допускал возможность того, что высшее руководство третьего отдела будет настаивать на проверке Ардена и Куаре. Сам медиум предпочел бы избежать столь очевидного хода, но за неимением времени и иных достойных альтернатив выбирать было практически не из чего. Разве что одна из разведывательных групп добудет новые сведения, или же они выйдут на сектантов по воле случая.
Телефонный звонок моментально вывел Рейнера из задумчивого состояния.
- Слушаю. - мужчина по привычке сразу настроился на деловой тон.

- И вам доброго дня, мистер МакМюррей, - ответил медиум, немного отстранив трубку от уха, - Я надеялся, что мой отчет достаточно подробно излагает, какие именно обстоятельства воспрепятствовали успешному допросу Маджорре. Не могли бы вы уточнить, что именно вам не понятно?
Айнхайт достал папку с общими данными по сектантам и начал перебирать документы, мельком просматривая их содержание.
- Полагаю, раз вы нашли время позвонить мне, то уже определились с тем, в каком направлении нам предстоит работать дальше. Есть какие-нибудь новости от разведгрупп?

- Вы не принимаете во внимание то, что ценность третьего отдела уже успела стать слишком высокой, чтобы его можно было легко распустить, - холодно ответил Энгельгардт. - Теперь нас нельзя считать малоперспективным экспериментом, который приносит одни лишь затраты. Сэр, не забывайте о том, что у вас есть достаточно существенных доводов, которые можно было бы противопоставить обвинениям и нападкам.
Новый сигнал вызова отвлек мужчину от неприятного разговора.
- Прошу прощения, у меня важный звонок по другой линии. Если у вас есть какие-нибудь сведения для отряда, сообщите их позже, сэр.
Не дожидаясь ответа начальника, медиум принял новый вызов.
- Да?

- Уже в штабе, - отозвался Энгельгардт, с невольной заинтересованностью прислушиваясь к приглушенным звукам на другом конце. - Как скоро вас ждать?
Протянув руку к лежавшему на столе телефону внутренней связи, медиум нажал кнопку для быстрого вызова ассистента.